Никита вырос в Чегаринске. Это один из тех маленьких городков, где все знают друг друга в лицо, а главная дорога тянется через весь поселок и уходит дальше на север. Местные привыкли, что по трассе иногда проносятся фуры с затемненными стеклами, а на заправке можно встретить людей, которые говорят мало и смотрят по сторонам. Никита тоже это видел, но старался не замечать. Ему было двадцать три, и он мечтал о другом.
Он играл на гитаре с четырнадцати лет. Сначала во дворе, потом в местном ДК на всех мыслимых и немыслимых вечерах. Песни получались честные, немного грустные, с хрипотцой в голосе. Друзья говорили, что у него есть шанс пробиться, если уехать в Москву. Никита и сам в это верил. Осталось только собрать деньги на первое время, снять хотя бы угол в коммуналке и начать ходить по студиям. Но в Чегаринске нормальной работы почти не было. То, что платили на пилораме или в магазине, едва покрывало еду и квартплату.
Однажды вечером к нему зашел Серега. Тот самый Серега, с которым они в детстве лазили по заброшенным гаражам и курили первые сигареты за старым стадионом. Серега выглядел спокойнее обычного. Сел на край дивана, покрутил в руках зажигалку и сказал прямо: есть вариант быстро заработать. Нужно просто отвезти сумку в Красноярск. Ничего сложного. Деньги хорошие, сразу на билет до Москвы и на месяц вперед останется. Никита сначала засмеялся, потом замолчал. Он понимал, что в сумке. Все в городке понимали, что в таких сумках. Но Серега смотрел уверенно и повторял: один раз, и всё. Больше никогда.
Никита согласился. Не потому что сильно хотел денег. Скорее потому что устал каждый день просыпаться в одной и той же комнате и видеть один и тот же серый пейзаж за окном. Он думал: один раз переступлю черту, и потом начну жить по-настоящему. Сумку ему передали ночью на окраине. Обычная спортивная, черная, с потертой молнией. Никита положил ее на заднее сиденье старенькой девятки и поехал.
Дорога была долгой. Сначала знакомые повороты, потом бесконечная трасса, где фары встречных машин слепят глаза. На одном из постов ГИБДД Никита сбавил скорость до положенных пятидесяти. Сердце стучало так, что казалось, его слышно через стекло. Молодой лейтенант махнул жезлом, показал остановиться. Никита заглушил мотор и сидел, вцепившись в руль. Лейтенант подошел, посветил фонариком в салон, спросил документы. Взгляд скользнул по заднему сиденью. Сумка лежала как лежала. Никита ждал, что сейчас его попросят открыть багажник или хотя бы сдвинуть сиденье. Но лейтенант только кивнул, вернул права и пожелал удачной дороги. Машина тронулась, а у Никиты дрожали колени еще километров двадцать.
В Красноярске он отдал сумку в условленном месте. Деньги пришли почти сразу. Больше, чем обещали. Никита купил билет на поезд до Москвы на следующий день. Сидел на вокзале, смотрел на людей вокруг и пытался понять, что теперь чувствует. Облегчение? Страх? Или просто пустоту. Он не знал. Знал только одно: назад в Чегаринск он уже не вернется. По крайней мере, очень на это надеялся.
А сумка осталась где-то позади. Как и тот пост на трассе. Как и лейтенант, который почему-то решил не заглядывать глубже. Никита до сих пор иногда просыпается посреди ночи и думает: а что, если бы тогда свет фонарика задержался на секунду дольше? Но ответа нет. И, наверное, никогда не будет.
Читать далее...
Всего отзывов
0